Илья Пономарев/Ilya Ponomarev (ilya_ponomarev) wrote,
Илья Пономарев/Ilya Ponomarev
ilya_ponomarev

Categories:

Программная статья в МК - Верхи не хотят, низы не могут

Результаты выборов, прошедших в воскресенье, трудно назвать иначе чем разочаровывающими. Разочарование во всем. Не оправдались надежды на повышение честности и прозрачности подсчета, на разрушение хоть в каких-то регионах политической монополии одной партии, на появление новых лиц и организаций взамен осточертевшей и плохо тасуемой колоды. А главное — тем оппонентам власти, кто ратует за конструктивный подход и диалог, нанесен новый удар: если выборов все равно не получается, то что остается — только силовое противостояние на улицах? Воистину главные революционеры у нас сидят в Кремле!

Но далеко не только Кремль виноват в том, что выборы у нас такие, какие есть. Видимо, еще не наступило то время, когда люди действительно готовы что-то изменить в своей жизни, а лишь надеются на изменения. Одни не ходят на выборы, потому что не видят альтернативы. Другие решили довериться власти, потому что и так все давно решено за них самих. «Все равно выберут кого надо», — говорят они.

В Химках, несмотря на сильнейшую поддержку Евгении Чириковой интернет-общественностью во главе с Алексеем Навальным, Ксенией Собчак, Татьяной Лазаревой и Михаилом Шацем, а также на поддержку режиссера Эльдара Рязанова и олигарха Михаила Прохорова, явка составила 27% избирателей в 200-тысячном городе. За Женю проголосовали 17%, то есть меньше 10 тысяч человек, при этом «Живой журнал» того же Навального, через который велась мощная агитация, читают 13 тысяч химчан в месяц.

В Твери явка составила чуть больше 20%, хотя и туда шли оппозиционные «Единой России» кандидаты по спискам «Яблока» и КПРФ, среди которых было много молодых. Но и они не прошли. Во Владивостоке, где власть после саммита АТЭС дружно ненавидят, явка составила 12%. На довыборах в Астрахани, хорошо помнящей историю с Шеиным, — 8%. В среднем по России — не больше 35%. Это говорит о двух вещах: одна часть людей не верит в перемены путем выборов, а другая не видит тех, за кого бы стоило проголосовать.

Реакция на фальсификации оказалась намного слабее, чем в декабре, хотя выборы освещались на федеральном уровне и сопровождались множеством скандалов. И новых массовых выступлений не предвидится, ибо ожиданий с этими выборами никто не связывал. В тупике не только диалог между властью и оппозицией — в тупике отношения между государством и обществом.

Чем напористее действует оппозиция, тем сильнее ответ власти, а если кто-то даст слабину — последствия не заставят себя долго ждать. Чиновники часто вздыхают: «Вот бы у нас появилась вменяемая оппозиция». Но терпеть ее рядом с собой они не готовы, противопоставляя любым доводам оппонентов миф о стабильности и о врагах веры и отечества. К сожалению, не имея в руках никаких властных постов, оппозиция не может ничего предложить, кроме слов, поэтому вся ее борьба — это борьба против власти, а не за людей. А люди понимают, что, когда паны дерутся, чубы будут трещать у них, и голосуют ногами.

Про политические партии все вообще забыли, а между прочим, по-прежнему только «Справедливая Россия» и КПРФ в состоянии хоть как-то конкурировать c «Единой Россией» — и свою оппозиционность при всех неизбежных компромиссах неоднократно доказывали в Госдуме. Но «прогрессивный Интернет» интересовали только провалившиеся либеральные структуры типа «Яблока» и ПАРНАСа. За оппозицией, запирающей себя в рамках одной идеологии на выборах в Координационный совет, люди идти не готовы — у них другие жизненные приоритеты, нежели у либеральной части московской интеллигенции. Однако и про работу Государственной думы особо никто не вспоминает, когда там действительно пытаются работать, а не скандалить. Например, я вместе с коллегами Гудковыми регулярно стараюсь превращать требования улиц в конкретные законодательные инициативы, а в их разработке мы призываем участвовать абсолютно всех. Но в разработке важного законопроекта о Федеральной контрактной системе, который должен заменить существующий закон о госзакупках, участвуют единицы из тех, кто должен был бы участвовать.

Недовольство властью в обществе сохранилось, оно растет, но оппозиция поддержки не находит, потому что до сих пор ничего не смогла предложить. Все пребывали в эйфории после зимних митингов. А на деле получилось, что вся политика за последний год превратилась в перебирание грязного белья московской тусовки. Это не борьба за власть. Мы уверенно превращаем политику в реалити-шоу, варимся в собственном соку.

Вспомните, с каким уважением люди относились к участникам зимних митингов, и посмотрите, что происходит сейчас. Если чуть меньше года назад все праздновали зарождение в России гражданского общества, то сейчас это самое гражданское общество превратилось, с точки зрения власти, в кучку маргиналов, продавшихся Западу, а с точки зрения здравомыслящих граждан — в объект сочувствия. При этом обе стороны борются с инакомыслием в своих рядах: чуть что — ты либо экстремист, либо продался Кремлю. Все говорят про диалог — и все его дружно торпедируют.

Мы создали массовое движение наблюдателей, но даже оно неохотно идет в регионы, потому что им больше интересны телодвижения на федеральном уровне. Перспективные «РосВыборы» попросту перестали работать после федеральных кампаний, а количество участников в кампаниях «Голоса» и «Гражданина наблюдателя», не имеющих сильной медиасреды в Интернете, тоже упало, и вовсе не потому, что закрылся USAID. Все хотят сразу наверх, черновой работой никто заниматься не хочет. Ну так давайте честно скажем: мы не будем участвовать в выборах, мы будем делать революцию — хоть какая-то внятная стратегия. Только тогда и действовать надо соответственно, а не искать софиты камер для разговоров о грядущем крахе режима.

Правда в том, что верхи делают для революции все, а низы ее совершить не могут. Для этого принимается насквозь дырявый бюджет, из которого должны быть профинансированы невыполнимые предвыборные обещания президента (очень скоро это даст о себе знать, ибо наша экономика ничуть не более стабильна, чем греческая). Пока с телеэкранов вещают о росте оборонной промышленности, наши заводы простаивают, а профессионалы сидят без дела, потому что нельзя защищать российскую оборонку, закупая оружие за рубежом.

Очевидно, что нам нужна новая стратегия, которая создаст альтернативу действующей власти, которую поддержит большинство населения страны. У нас должна появиться оппозиция, которая будет бороться не с властью, а за будущее. Революция в истинном значении этого слова произойдет уже тогда, когда мы начнем ряд реформ — судебной, правоохранительной и налоговой систем, а также обратим серьезное внимание на ряд других проблем и предложим реальные пути их решения.

Я предлагаю свой вариант такой стратегии помимо продолжения мирной уличной активности.

Первый этап: каждый, кто считает себя серьезным политиком, выбирает базовый регион и начинает в нем готовиться к местным кампаниям 2013 года. Координационный совет может устранить возможные конфликты и при этом оптимизировать имеющиеся ресурсы.

Второй этап: создаем единый московский гражданский союз на выборах в Мосгордуму в 2014 году.

Третий этап: в 2015 году боремся за власть в Москве на выборах мэра.

Четвертый этап: выборы в Государственную думу в 2016 году, на которые оппозиция также может выйти единым фронтом.

Наконец, пятый этап, когда монополия «Единой России» будет разрушена в ряде регионов, в столице и в парламенте, — президентская кампания в 2018 году.

Для реализации этой стратегии у нас должен появиться интеллектуальный программный центр, а также развернута школа управленческих кадров в регионах, в которой будут преподавать известные государственные деятели разных политических взглядов, обучать проведению избирательных кампаний. Мы должны поддерживать и различные волонтерские, гражданские проекты, которые приносят обществу только пользу, а их участники доказывают на деле, на что способны, как это показало объединение людей из обоих лагерей в Крымске. Через гражданские инициативы мы вовлечем в нашу работу и нормальных представителей провластных организаций, особенно молодежных, среди которых много талантливых ребят.

Меня учили в университете, что изменить систему изнутри нельзя. Но брать под свою ответственность отдельные ее элементы и менять их — вполне возможно. Если мы хотим изменения власти в стране в целом, надо становиться ею в отдельных частях уже сейчас. В конечном итоге против объединившегося и активного большинства будут бессильны любые фальсификации и произвол.

Отсюда - http://www.mk.ru/politics/article/2012/10/16/761837-verhi-ne-hotyat-a-nizyi-ne-mogut.html


Tags: прямая речь, стратегия
Subscribe

  • Персонально Ваш

    После долгого, очень долгого перерыва был в эфире Эха Москвы. Мне кажется, хороший получился разговор, обстоятельный. Выкладываю вторую часть…

  • Может ли Украина влиять на политику в России?

    Поговорили с Фокусом. В российских сливных бачках истерика, что я призвал к вооруженному вторжению в Россию. Привожу полную версию интервью:…

  • О хакерах и вашингтонской политике

    Побывал вчера на слушаниях в Сенате по российским хакерским атакам и поделился впечатлениями с Обозревателем: Противостояние в Вашингтоне сейчас…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 33 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Персонально Ваш

    После долгого, очень долгого перерыва был в эфире Эха Москвы. Мне кажется, хороший получился разговор, обстоятельный. Выкладываю вторую часть…

  • Может ли Украина влиять на политику в России?

    Поговорили с Фокусом. В российских сливных бачках истерика, что я призвал к вооруженному вторжению в Россию. Привожу полную версию интервью:…

  • О хакерах и вашингтонской политике

    Побывал вчера на слушаниях в Сенате по российским хакерским атакам и поделился впечатлениями с Обозревателем: Противостояние в Вашингтоне сейчас…